Храпят и бьются

"На перекурах под вялым осенним солнышком, оделив всех папиросами «Казбек» (брали и некурящие — перекур), Гицоев любил затрагивать темы исторические и литературные.
— В чём ошибка Льва Толстого, когда он описывает, как Наполеон едет после сражения по полю около населённого пункта Аустерлиц?

В том, что по полю боя нельзя ехать верхом. Почему?
— Лошадь, — осенило меня, — может…
— На лошадях воду возят. Конь! Продолжайте, курсант Стремоухов.
— Конь, испугавшись трупов, может шарахнуться, понести. «Почуя мертвого, храпят И бьются кони, пеной белой Стальные мочат удила, и полетели, как стрела».
— Кто написал? Пушкин? Красиво. Но он был помещик и знал обычных лошадей. Лермонтов так бы не написал — он был кавалерист. И Толстой тоже бы не написал как артиллерист — тогда пушки были на конной тяге. Боевой конь к человеческим трупам быстро привыкает. А к трупам своих братьев-коней совсем не привыкает. Наполеон такое знал и обходил поле, где столкнулись несколько кавкорпусов, конечно, спешившись. А коня за ним вёл императорский коновод — мусью, я думаю, в приличном чине!"

Ещё одна цитата из замечательной книжки про настоящих людей. "Ложится мгла на старые ступени", Александр Чудаков.