KM (kot_maslow) wrote,
KM
kot_maslow

Category:

Прекрасное желание кружить головы


"Называть кокетством показывать голое тело, обманывать в любви — это не кокетство, а это наглость и подлость...

...Потом, есть умное и глупое кокетство: умное — такое, которое незаметно и не поймаешь преступника на деле; глупое — напротив: ничего не скрыто, и вот как оно говорит: «Я собой не очень хороша, но зато какие у меня ноги! Посмотрите: видите? что, хороши?» — «Ноги у вас, может быть, хороши, но я не заметил, потому что вы показывали".

Дама, с которой связаны эти строки, стала прототипом одного из персонажей "Войны и мира". Угадайте какого :)
В конце марта 1851 года Лев Толстой пишет так и не законченную потом повесть "История вчерашнего дня". История начинается с вечера в карты у троюродного брата.  От карт, по мнению Толстого, вообще много пользы, например, разговаривать необязательно, зато при случае можно и красненьким словцом блеснуть.
 
Притом же женщины (молодые) играют, стало быть, чего лучше желать, чтобы 2—3 часа быть подле той женщины. А ведь ежели есть та женщина, этого за глаза довольно.
 
Та женщина - жена троюродного брата. Толстой описывает "головку с тонким и кругловатым очерком лица, черными, полузакрытыми, но энергическими глазами, с узеньким и острым, острым носиком и с таким ртом, который с глазами составлял одно и всегда выражал что-нибудь новое".

В этих выражениях Л.Н. чудятся (или не чудятся)) "и задумчивость, и насмешка, и болезненность, и желание удержаться от смеха, и важность, и каприз, и ум, и глупость, и страсть, и апатия".

Ей 26 лет, Толстому идет 23-й. Наедине с ней ему "страшно и тяжело", не хватает мыслей и слов, он "неестественен и рассеян", ему сразу начинает казаться, что они ведут неслышный и таинственный разговор но сейчас в гостиной много людей и можно играть в карты и неспешно думать про себя...

Отчего эта женщина любит меня (как бы мне хотелось здесь поставить точку) приводить в замешательство, и без того уже я не свой при ней; то мне кажется, что у меня руки очень нечисты, то сижу я нехорошо, то мучает меня прыщик на щеке именно с ее стороны. Впрочем, кажется, она ни в чем не виновата, а я сам всегда не в своей тарелке с людьми, которых я или не люблю, или очень люблю...

...Она для меня женщина, потому что она имеет те милые качества, которые их заставляют любить, или, лучше, ее любить, потому что я ее люблю; но не потому, чтобы она могла принадлежать мужчине. Это мне в голову не приходит. У нее дурная привычка ворковаться с мужем при других, но мне и дела до этого нет; мне все равно, что она целовала [бы] печку или стол,— она играет с мужем, как ласточка с пушком, потому что душа хорошая и от этого веселая.

Она кокетка; нет, не кокетка, а любит нравиться, даже кружить голову; я не говорю кокетка, потому что или это слово нехорошо, или понятие, с ним связанное. Называть кокетством показывать голое тело, обманывать в любви — это не кокетство, а это наглость и подлость.

Нет, а желать править и кружить головы, это прекрасно, никому вреда не делает, потому что Вертеров нету, и доставляет себе и другим невинное удовольствие. Вот я, например, совершенно доволен, что она мне нравится, и ничего, больше не желаю.

Потом, есть умное и глупое кокетство: умное — такое, которое незаметно и не поймаешь преступника на деле; глупое — напротив: ничего не скрыто, и вот как оно говорит: «Я собой не очень хороша, но зато какие у меня ноги! Посмотрите: видите? что, хороши?» — «Ноги у вас, может быть, хороши, но я не заметил, потому что вы показывали». Умное говорит: «Мне совершенно все равно, смотрите ли вы или нет; мне жарко, я сняла шляпу». — «Все вижу». — «А мне что за дело». У нее и невинное, и умное.

Через год он, будучи юнкером на Кавказе, он перечитывает дневник и 20 марта 1852 там появляется запись: «Лучшие воспоминания мои относятся к милой Волконской».

Итак, отгадка: персонаж "Войны и мира" - "маленькая княгиня" Lise Болконская. 

Это про нее Толстой писал:
 
«Маленькая княгиня, как старая полковая лошадь, услыхав звук трубы, бессознательно и забывая своё положение, готовилась к привычному галопу кокетства без всякой задней мысли или борьбы, а с наивным, легкомысленным весельем".
 
Звучит как маленькая персональная месть прототипу. Еще эхом минувшего флирта (тоже лично мне) кажется и такое описание:
 
«Вдруг сердитое беличье выражение красивого личика княгини заменилось привлекательным и возбуждающим сострадание выражением страха; она исподлобья взглянула своими прекрасными глазками на мужа, и на лице ее показалось то робкое и признающееся выражение, какое бывает у собаки, быстро, но слабо помахивающей опущенным   хвостом».

Но, в целом, в романе жена князя Андрея, похоже, вызывает симпатию и снисхождение автора: 
 
Ее хорошенькая, с чуть черневшимися усиками верхняя губка была коротка по зубам, но тем милее она открывалась и еще милее вытягивалась иногда и опускалась на нижнюю. Как это всегда бывает у вполне привлекательных женщин, недостаток ее -- короткость губы и полуоткрытый рот -- казались ее особенною, собственно ее красотой. Всем было весело смотреть на эту, полную здоровья и живости, хорошенькую будущую мать, так легко переносившую свое положение. Старикам и скучающим, мрачным молодым людям, смотревшим на нее, казалось, что они сами делаются похожи на нее, побыв и поговорив несколько времени с ней. Кто говорил с ней и видел при каждом слове ее светлую улыбочку и блестящие белые зубы, которые виднелись беспрестанно, тот думал, что он особенно нынче любезен. И это думал каждый. 
 

Анастасия Вертинская в роли Lise Болконской в "Войне и мире" Бондарчука 


 Иллюстрация К.И. Рудакова (1941-1948 гг.)

А прототипом "маленькой княгини" принято считать Луизу Ивановну Волконскую, урожденная Трузсон (1825–1890).  Кстати, современники ее вспоминают, как хорошую актрису, игравшую в любительских спектаклях своего театра в своей же своей вологодской усадьбе Ермолово, где был еще струнный оркестр и балетная труппа.

В Ясной Поляне хранится ее дагерротипный снимок (конец 40-х начало 50-х 19 в.)


На обратной стороне портрета - надпись, которую сделала жена Толстого Софья Андреевна: «Маленькая княгиня в «Войне и мире». Мне, правда, больше нравится портрет 1865 г. работы Петра Алексеевича Боборыкина, чудом уцелевший в Вологодском музее:


Луизе Ивановне здесь 40 лет, у нее трое детей. Лицо на портрете грустное - умер муж, имение разорено, огромные долги. Имение, где она жила после ее смерти пойдет с молотка, дом разберут и увезут.

В  советское время на 12 гектарах парка с прудами будет пионерлагерь "Строитель" "Вологдастроя". По последним сведениям, сейчас в Ермолове разруха, парк погибает и там играют в пейнтбол.  

Но вернемся к Л. И. Волконской и прототипам. Через 20 с лишним лет после того вечера с картами она поинтересуется, не с ее ли родственника писал Толстой князя Андрея. И в 1865 г. получит в ответ любезное письмо, полное приятных слов и заверений в родственных чувствах. А на вопрос Л.Н. ответит так:

Андрей Болконский — никто, как и всякое лицо романиста, а не писателя личностей или мемуаров.

Я бы стыдился печататься, ежели бы весь мой труд состоял в том, чтобы списать портрет, разузнать, запомнить.


Конечно, прототип и персонаж не одно и то же, кто бы спорил. И не могут быть портреты списаны буквально. Но, как подумаешь про улыбочки, которые с такой легкостью перелетают в бессмертие...

Фото на самом верху взято на странице Валентина Картавенко
Tags: окружение, персонажи, прототипы
Subscribe

  • Новый Год настает )

    Мы вернулись с моря - новенькие и продышанные. Эвкалипты, сосны, целебные источники... А в Байресе духотища была, но вчера пошла холодная волнна из…

  • Утренняя Снегурочка с кирпичом

    Одна детсадовская воспитательница написала сказку для новогоднего утренника. Баба Яга нарядилась Снегурочкой и заявилась вся такая нарядная на…

  • Накануне

    Оригинал взят у kirdiy в Накануне

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments